Главная » 2016 » Май » 6 » Деревицкий - Переговоры особого назначения
11:06
Деревицкий - Переговоры особого назначения
   НЕТ В ПРОДАЖЕ
 49 гр КУПИТЬ
Переговоры особого назначения
Автор: Александр Деревицкий
Цена: 49 гр
Купить книгу, в книжном магазине «ЗНАТОК»
(Как заказать доставку книг из нашего магазина по Украине, или купить в Николаеве см. http://knigi-znatok.at.ua/news/2/2013-07-21-16)
Еще один наш сайт (БЕЗ РЕКЛАМЫ!!!) – http://znatokus.com.ua
Издательство: Питер, 2006
Формат: 145х215 мм (средний формат)
192 стр
Твердый переплет

Настоящий переговорщик всегда пользуется пришедшим с Востока правилом: победить, временно подчинившись обстоятельствам. Но в современных условиях переговоры часто имеют особое значение. На них надо умело и терпеливо "обкладывать дичь" и загонять ее в силки.
Безвременно ушедший Александр Анатольевич Деревицкий (1955-2014) - известный киевский бизнес-тренер. Эксперт по агентским продажам и сетям, автор нескольких книг, создатель агентских сетей крупных фирм.
Известен усилиями по созданию славянской школы продаж и разработками агентурных технологий сбыта.
Наряду с традиционными приемами использовал в обучении опыт спецслужб, разведки, дипломатии, актерского мастерства, режиссуры, опыт шпионов, психоаналитиков, шаманов и шоуменов.
Александр Деревицкий проводил тренинги по технике продаж и переговоров, цель которых - формирование навыков. Форма проведения была максимально интерактивная.
в 2002 г.  стал "Лучшим тренером России", а в 2004 - вошел в десятку лучших тренеров.
Понравилась интересная и поучительная история, которую поведал Деревицкий примерно за год до своего ухода. Тем более, что в этом рассказе много позитивной психологии.
Сообщили, что я умер
Бизнес-тренер. Александр вернулся с того света.
«Никакой мистики – просто везение и желание жить», – считает он и просит предупредить читателей: ни с того ни с сего человек не будет оголять душу – это редакция уговорила его поделиться тем опытом, которого лучше не иметь.
 
 
 
Я не верю в судьбу, я не думаю о смысле жизни и о том, что все предопределено. У меня ортодоксальное воспитание, и ко всякого рода мистике я отношусь как к ереси какой-то. Когда астрологи узнают, что у нас в семье восемь поколений привязаны к земле: картографы, геологи, почвоведы, – они говорят: «Это судьба фамилии». А когда они узнают еще и то, что все эти восемь поколений живых и мертвых родились на протяжении одного месяца, непременно заключают: «Это фатум, рок, каким-то особым образом звезды сошлись». Но все очень просто: астрология тут ни при чем и фатум тоже. Все мы – дети бродяг, которые летом были в полях, а домой возвращались по осени, поэтому и дети рождались на следующее лето. Ничего сверхъестественного.
Когда моей жене сообщили, что я умер, и она приехала из Украины в Россию с вышиванкой для похорон, оказалось, что в милиции немножко преувеличили. Но я не связываю это с каким-то чудом – мне просто повезло.
Я кочующий тренер продаж: Украина, Молдова, Беларусь, Польша, Латвия, Россия, Казахстан. У меня был заказ в Ростове-на-Дону, замечательном городе, вкусном – пиво, раки. Отработал, заказчики меня посадили на поезд, и я поехал в Москву, где меня ждал следующий клиент. До Москвы я не доехал.
Всему причиной – вред курения. Я вышел в тамбур покурить. Было 25 октября, снежок уже, темно, холодно, и последнее, что помню – как протирал рукой запотевшее окно и курил. Потом мне сказали, что я получил удар по затылку и меня скинули с поезда. Какие-то копейки, которые были в карманах, сотовый телефон – это пропало, а то, что было в купе, милиция потом отдала.
Опять-таки просто повезло: не было встречного поезда. И еще повезло, что как раз возвращалась со смены бригада путевых обходчиков. Для них, наверно, привычное дело видеть труп на путях – они вызвали милицию, сообщили да и пошли. Но одна женщина почему-то вернулась и пощупала пульс – на всякий случай. Тогда она еще и скорую вызвала.
У меня была очень тяжелая черепно-мозговая травма, и никто не знал, чем это закончится. На душе была печаль и отчасти смирение. Меня во все это не посвящали, но был возможен любой исход, в том числе я мог стать просто флорой, капустой. Сам же я был уверен, что однозначно стану для близких обузой.
У фантаста Дэниела Киза есть замечательная повесть «Цветы для Элджернона». В ней ученые придумали таблетки, которые идиота могли сделать нормальным человеком, и в качестве эксперимента одного обреченного пациента сумасшедшего дома кормили этими таблетками. Вся повесть – это его дневник, где он описывает каждый свой день. Первые страницы – жуткая косноязычная речь, а потом по письму чувствуется: он действительно становится умнее. Но, став умным, он приходит к открытию, что ему снова придется стать идиотом. И действительно, книга заканчивается снова такими же косноязычными заметками с грамматическими ошибками. Я в больнице все время вспоминал этого персонажа.
Жена нашла меня в реанимации райцентра Лиски под Воронежем. Она рассказывает, что хоть ее я узнал, но больше совершенно ничего о себе не помнил – крепко стукнулся головой. Так продолжалось недели две. Смешно, конечно, но тогда этот юмор не доходил. Жена спрашивает: «Ты кто?», я смотрю в зеркало на свое небритое лицо и говорю: «Геолог». Жена плачет: «Да какой же ты геолог, ты же бизнес-тренер». А я лежу на больничной койке и думаю: вдруг она мне не все сказала, вдруг я и не геолог, и не бизнес-тренер, а какой-нибудь дипломат или разведчик? Потом согласился: тренер и ладно.
На самом деле геологом я тоже работал, но это было очень давно. Потом, на волне перестройки, занимался журналистикой – мотался по всей стране. Затем была первобытная торговля: в Узбекистане я покупал корень родиолы розовой, вез ее на «Мосвинпром», по бартеру менял на настойку, сделанную из моего корня, настойку вагоном вез в Киев, опять по бартеру менял на конфеты фабрики имени Карла Маркса, вез этот шоколад в Астану, менял на аккумуляторы. На каждом плече этой цепи что-то зарабатывал, но дома, как и работая геологом, не бывал. И вот с 94-го года моя профессия – тренерство. Опять-таки дома жить не удается. Но мне всегда остро не хватает семьи – нет у меня ничего более ожидаемого в жизни, чем попасть домой.
Когда врачи разрешили вернуться на Украину, мне наняли в Киеве скорую помощь, потому что на обычном автомобиле ехать было нельзя. Это было самое дорогое такси в моей жизни. В Киеве меня снова положили в больницу, но в то время я уже четко уверовал, что я бизнес-тренер. По ночам выходил из палаты в рекреацию тихой пустой больницы и перед пальмой в кадушке начинал читать лекции – час, а то и больше. Рассказывал ей про возражения, про то, как установить контакты, какую приводить аргументацию и все в таком духе. Потихоньку я успокаивался – оказывается, я многое помню.
Но я заметил, что немного притормаживаю, когда, например, общаюсь с женой, – и с этим было связано еще одно опасение: я думал, вдруг нарушилось оперативное слушание. Я часто шучу, что по жизни немного тормоз. Когда я работал геологом, нам еще выпало такое счастье – давать названия рекам и ручьям. На карте Магаданской области лежат имена многих моих любимых женщин, но больше всего я горжусь названиями двух ручьев: один я назвал Небеги, а второй Покури. А тут меня действительно встревожило, что я не успеваю воспринимать, что говорит жена, – и она, и дочки у меня болтушки, они говорят очень много и очень быстро. Поэтому на первый тренинг, который я проводил через четыре месяца после той истории, я взял диктофон: если бы я что-то упустил в диалоге со слушателями, можно было отмотать назад. Но оказалось, что я все слышу и все помню.
Первые полгода после моей аварии мы с женой всегда ездили везде только вдвоем. Я очень боялся, что сяду в поезд и вспомню, как это на самом деле было. Но оно не вспомнилось. Я снова выходил в тамбур, по-прежнему курил. Кстати, такой душевный хирург был в реанимации райцентра Лиски – он приносил мне в палату зажженную сигарету: «На, потяни, ты бредишь и курева просишь».
Мне 52 года, 30 лет я курю. Я уже все возможные вредные привычки бросил – у меня остался один недостаток. Мне клиенты надарили восемь книг о том, как бросить курить, но я их не читаю – а вдруг действительно брошу? Я не хочу. И курю сейчас даже, наверно, больше, чем раньше, а вот с водкой пришлось проститься. Хотя, признаюсь, мне этого не хватает. Я читаю тренинги очень эмоционально и раньше даже представить не мог, что можно отработать на эмоциональном надрыве целый день и хотя бы граммов триста не выпить после. Водка мне иногда снится, и я могу проснуться от того, что рука тянется за огурчиком. Откроешь глаза и думаешь: «Вот, блин, я же бросил!»
 Я на самолетах не летал семь лет – мне после инфаркта кардиолог запрещал летать. После того случая я снова к нему пошел на обследование, и он был очень удивлен – с сердцем стало все нормально. Видимо, клин клином вышибают. И вот я уже шесть лет снова летаю. Нет худа без добра: ведь человеку, который бросил пить, ехать в поезде полтора суток совсем уж грустно.
Но приключения продолжались – моя правая рука не поднималась, и я не мог писать на доске или флипчарте. К слову, каждый день я пишу по два текста – один на русском языке, второй на украинском, и друзья надо мной посмеивались, что я в то время гнал левые тексты, ведь приходилось печатать левой рукой. Только через девять месяцев врачи обнаружили, что одна мышца в плече порвана. Меня уговорили лечь на операцию, но, так как прошло много времени, шансов на восстановление функций было мало, потому что мышца успела атрофироваться.
Однажды я встретил знакомого массажиста, который мне не раз помогал. Он произнес 20 слов, и рука начала работать. Он спросил: «Перед операцией хотя бы навскидку рука поднималась?» – «Да, с размаху я поднять мог». –  «Тебе только зашивали?» – «Да». – «Тебе же ничего не резали?» – «Нет». – «Так она же должна подниматься». Меня как обухом по голове ударило! Я пришел домой, взял двухсотграммовую гантельку и стал разрабатывать руку. Сейчас иногда я придерживаю ее левой, но в принципе рука живая.
Каждый день, когда жена приходила вечером с работы, я ей докладывал, сколько раз гантельку поднял, сколько километров на тренажере пробежал. Я понимал: нужно вкалывать. На меня, кстати, как только я из больницы попал домой, свалились все домашние дела: мытье посуды, чистка картошки – я к этому спокойно относился. У меня вообще 14 рабочих специальностей, а среди них есть и профессия повара. Я повар второго разряда, специальность «Мясные блюда», поэтому готовить умею и люблю.
Моя жена, напротив, 18 лет не работала: занималась домом, спортом. Но у меня нет фабрики, которую я бы мог ей оставить, если не дай бог что случится, и она с перепугу пошла на работу. Смеется: «Наверно, так и должно быть: пока молодая – наслаждайся жизнью, а когда себя уже не жалко – можно и поработать».
Я выкарабкался, но это элементарный принцип выживания. Герой здесь – как раз не я, а жена. Я ей говорю: «Как ты так смогла? Месяцами каждый день приезжала в больницу – было бы проще усыпить». Она ругается: «Что ты такое говоришь!» Для многих женщин героизм – это норма жизни. А вообще, в любой ситуации, как бы ни было трудно, совет один: просто помни, кто ты. Если ты мужик, не забывай, что ты должен семью обеспечивать, приносить в клювике что-нибудь вкусненькое.
У нас с отцом всегда были мужские отношения, без всякого сюсюканья. Помню, в восьмом классе одна девочка разбила мне сердце, а он заметил, что я хожу хмурый, печальный, спросил: «Что случилось?» У меня вырвалось: «Влюбился». – «Так. И что?» – «Любовь безответная». И тут он говорит: «А ты что, не знаешь, что теперь делать?» – «Нет, батя, расскажи». «Ты что, правда не знаешь?» – «Нет». – «Терпеть и мучиться». Так вот, это и есть главное правило: надо просто карабкаться, терпеть, вставать с гантельками на тренажер. Я думаю, когда с человеком случается что-то подобное, как тогда со мной, его вообще не надо мотивировать – ему просто должно хотеться жить и ходить на двух ногах, а не на трех.
(http://www.bzonline.ru/archive/75/articles/478/)
Прикрепления: Картинка 1
Категория: Книги в нашем магазине. Бизнес. Деловое общение. Этикет | Просмотров: 314 | Добавил: Мария | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]