Главная » 2012 » Октябрь » 17 » 6 октября родился Тур Хейердал
00:30
6 октября родился Тур Хейердал
6 октября родился Тур Хейерда́л (6 октября 1914, Ларвик, Норвегия — 18 апреля 2002, Алассио, Италия) — знаменитый норвежский путешественник и учёный-антрополог. Автор многих книг. И книг не только познавательных, а еще и замечательно написанных. Он был еще и талантливым писателем, умевшим подмечать все интересное, веселое, важное. Хейердал умер в возрасте 87 лет от опухоли головного мозга в имении Колла-Микери в итальянском городке Алассио, в окружении своей семьи — жены Жаклин, сыновей Бьёрна, Тура и дочерей Мариан и Беттины. На родине ему ещё при жизни был установлен памятник, а в его доме открыт музей.
Узнав о своем окончательном диагнозе, Тур отказался от медицинской помощи, предпочтя провести последние дни в своем доме среди самых близких ему людей. Как потом рассказал его сын — Тур-младший, — когда Хейердала выписали из госпиталя, он собрал у себя родню: «Все, прощайте, я ухожу. Не волнуйтесь, мне хорошо, и со мной все будет в порядке». Он достойно жил и достойно ушел...
Кстати, у Тура-младшего есть такая шутка. Когда его спрашивают, как его зовут, он отвечает: «Я вообще-то Тур Хейердал. Но, кроме того, я внук Тура Хейердала, сын Тура Хейердала, отец Тура Хейердала и дед Тура Хейердала».
На этой земле после него останутся не только величайшее наследие ученого, путешественника, гуманиста, просветителя и просто человека, сумевшего вызвать у человечества живейший интерес к непередаваемому словами разнообразию жизни на планете. После него на Земле останутся восемь его внуков и шесть правнуков. Старшие сыновья в этой большой семье носят и, видимо, будут носить всегда имя Тур. А значит, и он останется с нами... 
Интересные цитаты из произведений Т.Хейердала:
** 
Я не ищу приключений ради самих приключений. Полнота жизни не обязательно связана с преодолением стихий — работа мысли, достижение гуманной цели украшают ее сильней. Я органически не способен считать людей, живших тысячелетия до нас, ниже себя, и мне претит, когда я сталкиваюсь с таким часто даже подсознательным пренебрежением к тем, кто жил до нас и не владел нашей техникой. Мне доставляет удовольствие щелкать по носу ученых сухарей и высокомерных гордецов. Но мотивы преодоления собственной слабости, пассивности, мотивы утверждения человеческой личности через достижение, казалось бы, недостижимого мне близки и понятны..
**  
Мы считаем, что ушли далеко вперед, но наш так называемый «прогресс» если и имел место, то в промежутках между мировыми войнами, и меняли мы окружающую среду, а не себя. Человек рождается с чувством ответственности за свои поступки – это называется «совесть»
**  
Мы были вынуждены покинуть Фату-Хиву. Мы не сомневались, и я по сей день не сомневаюсь, что первозданную природу можно обрести лишь в одном месте. В своей собственной душе. Там она сохраняется в неизменном виде. Человек сумел изменить окружающую его среду, изменить одежду. Люди прибегали к татуировке, к деформации черепа, удлинению ушей, перетягивались в поясе, подпиливали зубы, калечили себе ступни, стремясь улучшить свою внешность. Мужчины бреются и стригутся, женщины красят и завивают волосы, красят лицо, наклеивают искусственные ресницы, но под кожей-то все остается по-прежнему. Мы не можем бежать от самих себя. Да и некуда бежать, остается только вместе созидать прочную культуру, гармонирующую с той естественной средой, которая еще сохранилась.
**  
История человечества может предстать в искажённом виде только потому, что раньше люди не могли достаточно бережно хранить документы.
**  
Каждый, кто приезжает на Таити, пишет книгу о своем путешествии. Чтобы книгу покупали, в ней непременно надо расписывать рай. А иначе кто станет ее читать?
**  
Человек изобрел магическое слово. Выпустил его изо рта и позволил ему водить себя за нос. Слово это — прогресс. Оно было призвано обозначать движение вперед, от плохого к хорошему, от хорошего к лучшему. Но не от хорошего к плохому. Однако мы на этом не остановились. С великой самоуверенностью внушили себе, что не способны изменить что либо к худшему. И не долго думая стали обозначать тем же словом каждый шаг, отдаляющий человека от природы. Каждое изобретение, каждый искусственный продукт. Прогресс стал определяться не качественными критериями, а часами. Но ведь слово сохраняет свой исконный смысл, значит, прогресс не повернешь вспять, как бы мы его ни измеряли — компасом или часами.
 Вот почему ни одно сооружение древних египтян не может быть названо прогрессом по сравнению с тем, что европейцы строили в средние века, хотя в любом конкурсе победил бы Древний Египет. И Венера Милосская не может быть названа прогрессом по сравнению с сюрреалистической композицией из штопора и шестеренки, подвешенных к зонтичным спицам. Слово «прогресс» всегда служит существующему поколению, а потому никогда не выйдет из моды.
**  
Если бы мне было позволено загадать одно-единственное желание на будущее, я попросил бы, чтобы все разногласия из-за веры побыстрее закончились и чтобы все, кто верит в неведомую созидательную силу, воспользовались интеллектом, совестью, интуицией, Святым Духом и всем, что есть в нашем распоряжении, чтобы сохранить природу, пока не поздно и пока длится седьмой день отдохновения…
**  
На Таити нам рассказывали, что в молодости он бросил университет, порвал со всем, что его окружало, однако так и не нашел искомого. Почтенный ветеран и сам откровенно признавался в этом.
 — Нелепо это. Но они сами так хотят, им подавай все то, что есть у других. Мне противна наша цивилизация, потому я и торчу здесь. И сам же распространяю ее с острова на остров. Стоит им немного отведать — подавай еще. И ничто не спасет их от этой напасти. Ничто и никто, во всяком случае не я. Ну зачем им швейные машины, трехколесные велосипеды, нижнее белье, лосось в банках? Совершенно ни к чему. Нет, хочется сказать соседу: «Смотри, у меня стул, а ты дома сидишь на корточках на полу». После чего сосед бежит покупать стул, а заодно прихватит что нибудь, чего нет у других. Растут запросы, растут расходы. Приходится выполнять работу, к которой у них совсем не лежит душа. Ради денег, которые им вовсе ни к чему.
**   
Самый роскошный и дорогостоящий банкет, устроенный знатоками этого дела, не сравнится с благоухающим, сочным полинезийским уму, запеченным в зеленых листьях и поданным ликующему сборищу могучих едоков под открытым тропическим небом.
**  
Ученые прячутся за термин, чтобы скрыть от людей, что не знают ответа.
**  
Человек - раб маленького механизма, который отмеряет время и твердит: пора делать то-то и то-то, торопись, не мешкай.
**  
Чтобы не напрягаться, мы присобачиваем моторы к велосипедам, лодкам, газонокосилкам, бритвам и зубным щеткам. Высиживаем сверхурочные часы, чтобы оплатить все эти предметы, потом бежим к врачу, потому что переработали, переели и нажили стресс.
**  
Я не знал, что товарищ Ленин был антропологом (на научной конференции в СССР, ответ на замечание, что теория Хейердала противоречит ленинским принципам).
**  
Ядохимикаты и всякие отбросы мы сплавляем в океан, как нерадивая хозяйка заметает мусор под ковер.
**  
Туриста почитали только за его богатство, а вообще-то видели в нем последнего из глупцов. В самом деле, мотается человек по свету и попусту тратит деньги. Христианин, а готов последнюю рубашку отдать за языческого идола. И чем древнее выглядит идол, тем больше турист за него платит. Вот и хитрят резчики, мочат свои изящные изделия в воде и сушат на солнце, чтобы выглядели старыми и неказистыми и можно было побольше запросить за них. Турист — невежда и мастер задавать дурацкие вопросы. Он не знает, когда начинается дождевой период, не знает, как приготовляют пои-пои, не видит разницы между феи и бананом. Приезжает знакомиться с островом, а проходит, не глядя, через деревню с аккуратными новыми домами куда-то на пустырь, таращится на голые скалы и говорит: «Красота». А некоторые туристы надевают пареу и рвутся танцевать хюлу — такое странное у них представление о прогрессе.
**  
Когда вместе сидишь под звездами и знаешь, что вместе пойдешь ко дну или поплывешь дальше, терпимое отношение к взглядам другого дается куда легче, чем когда сидишь по разные стороны границы и, уткнув нос в газету или телеэкран, заглатываешь тщательно причесанные фразы.
**  
Я не хотел набирать экипаж из моряков, так как они вряд ли лучше нас были знакомы с плотами. Кроме того, мне не хотелось, чтобы в случае удачного исхода экспедиции ее успех приписали бы тому, что мы были более опытными моряками, чем древние строители плотов из Перу
**  
Эксперты, осматривавшие наш плот, не обещали нам ничего хорошего. Штормы или ураган смоют нас за борт, волны будут перекатываться через плот даже при самом легком бризе, а наша одежда, пропитанная соленой водой, постепенно разъест кожу и испортит все, что мы с собой возьмем.
**  
В тропиках в знойные дни можно вливать в себя столько воды, что она польется через рот обратно, но вы по-прежнему будете испытывать жажду. Организму нужна не вода, а, как это ни странно, соль.
**  
Мы установили дружественные отношения с акулой, которая плыла за нами сегодня. Во время обеда мы ее кормили и совали куски прямо в пасть. Она вела себя, как собака, о которой с уверенностью нельзя сказать, злая она или ласковая
**   
Биография
Тур Хейердал родился в небольшом городке Ларвик на юге Норвегии в семье Тура и Алисон Люнг Хейердал. Отец владел пивоварней. Мать работала в антропологическом музее, и юный Тур довольно рано познакомился с дарвиновской теорией эволюции. С детских лет Хейердал интересовался зоологией. В доме, где Тур проживал в те годы, он создал небольшой музей, в котором главным экспонатом была гадюка.
В детстве Тур страшно боялся воды, потому что дважды чуть не утонул. Как он сам вспоминал впоследствии, если бы лет в 17 ему кто-нибудь сказал, что он будет плавать по океану на утлой лодчонке по нескольку месяцев, он счёл бы того человека безумным. Расстаться с этой боязнью он смог только в 22 года, когда, случайно упав в реку, нашёл в себе силы выплыть самостоятельно.
В 1933 году 19-летний Тур Хейердал поступил в университет Осло на естественно-географический факультет. Там он изучал зоологию и географию. В то же время Тур познакомился в Бергене с Бьёрном Крепелином, норвежским путешественником, жившим в период Первой мировой войны в Полинезии, на Таити. Бьёрн Крепелин, заслуживший уважение вождей острова Таити, собрал огромную коллекцию предметов и книг. Тур получил доступ к библиотеке Крепелина и самостоятельно изучал историю и культуру Полинезии (позже эта коллекция была приобретена у наследников Крепелина библиотекой университета Осло и передана в научно-исследовательский отдел музея Кон-Тики). Эта встреча оказала большое влияние на молодого студента, во многом определив выбор им карьеры исследователя и путешественника.
После семи семестров обучения и консультаций у экспертов в Берлине профессора́ зоологии Кристина Бонневи и Яльмар Брок разработали и организовали проект, который предусматривал посещение некоторых удалённых островов Полинезии и изучение того, каким путём туда могли попасть животные, населяющие острова в наши дни.
В декабре 1936 года, в Хейердал женился на Лив Кушерон-Торп, с которой он познакомился незадолго до поступления в университет (она изучала там экономику).
В начале 1937 года, сразу после женитьбы, Хейердал и Лив отправились поездом в Марсель. Отплыв из Марселя, они пересекли Атлантический океан, прошли через Панамский канал и, пройдя по Тихому океану, прибыли на Таити. Тур и Лив провели месяц в доме таитянского вождя, где они постигали науку выживания в естественных условиях. Затем они переехали на одинокий остров Фату-Хива (самый южный остров из группы Маркизских островов), где провели целый год в отрыве от цивилизации.
Им казалось, что они смогут прожить в условиях девственно нетронутой природы, подобно Адаму и Еве, без особых сложностей. Но со временем и у Лив, и у Тура стали появляться на ногах кровоточащие язвы, им необходимо было срочно показаться врачу, и молодые люди, поняв, что вернуться назад к Природе и первозданным условиям жизни современному человеку уже невозможно, возвратились на родину.
О событиях, происходивших на острове Фату-Хива, рассказывает его первая книга «В поисках рая» (1938). Она была опубликована в Норвегии, но из-за разразившейся Второй мировой войны оказалась почти забытой. Несколько позже, уже прославившись своими другими путешествиями и работами в иных областях, Хейердал опубликовал новый вариант книги под названием «Фату-Хива»
С целью найти следы морских путешественников, приплывших из Юго-Восточной Азии в начале каменного века, но так и не достигших Полинезии ранее начала второго тысячелетия нашей эры, Тур Хейердал отправился в Канаду, где стал знакомиться с жизнью местных индейцев. Там его застала Вторая мировая война. Как истинный патриот, он желал сражаться с врагом и, в конце концов перебравшись в США, завербовался в армию. После окончания диверсионной радиошколы в Англии Хейердала и его товарищей из так называемой «I Group» подготовили к заброске в оккупированную немецкой армией Норвегию. В звании лейтенанта он отправился на американском лайнере в составе конвоя в Мурманск. По прибытии в Киркенес группа Хейердала должна была поддерживать радиосвязь штаба норвежского отряда с Лондоном. Здесь его и застало окончание войны.
В 1947 году Хейердал и ещё пятеро путешественников — Кнут Хаугланд, Бенгт Даниельссон, Эрик Хессельберг, Турстейн Робю и Герман Ватцингер — прибыли в Перу, где из бальсового дерева и других природных материалов построили плот паэ-паэ, который они назвали «Кон-Тики». К плаванию на «Кон-Тики» их подтолкнули старинные летописи и рисунки испанских конкистадоров с изображением плотов инков, а также местные легенды и археологические свидетельства, позволявшие предполагать, что между Южной Америкой и Полинезией могли быть контакты. 7 августа 1947 года, по прошествии 101 дня мореплавания, «Кон-Тики», преодолевший в Тихом океане 4300 морских миль (8000 км), прибило к рифам атолла Рароиа островов Туамоту.
«Кон-Тики» продемонстрировал, что примитивный плот, используя течение Гумбольдта и попутный ветер, действительно мог относительно просто и безопасно переплыть Тихий океан в западном направлении. Вдохновлённые плаванием «Кон-Тики», и другие повторили это путешествие на своих плотах. Книга Тура Хейердала «Кон-Тики» переведена на 66 языков мира. Документальный фильм об экспедиции, снятый Хейердалом во время плавания, получил в 1951 году премию «Оскар».
Между тем, известны и прямые доказательства контактов между Южной Америкой и Полинезией: наиболее существенным представляется тот факт, что южноамериканский батат является основным пищевым продуктом почти во всей Полинезии. Опытным путём Хейердал доказал, что ни батат, ни кокос не могли достигнуть островов Полинезии «вплавь».
В 1949 году Хейердал развёлся с первой женой Лив, с которой прожил в браке 12 лет (она родила ему двоих сыновей — Тура-младшего и Бьёрна). В том же году он женился на Ивонне Дедекам-Симонсен, и в этом браке у них родились три дочери — Анетта, Мариан и Хелен Элизабет.
В 1955—1956 гг. Т. Хейердал организовал Норвежскую археологическую экспедицию на остров Пасхи. Хейердал вместе с профессиональными археологами провели на острове Пасхи несколько месяцев, исследуя ряд важных археологических объектов. Основными в проекте были эксперименты по высеканию, перетаскиванию и установлению знаменитых статуй моаи, а также раскопки на таких возвышенностях, как Оронго и Поике. Популярная книга Т. Хейердала на эту тему «Аку-Аку» стала очередным международным бестселлером.
В 1969 и 1970 гг. Тур Хейердал построил две лодки из папируса и попытался пересечь Атлантический океан, выбрав отправной точкой своего плавания берег Марокко в Африке. Первая лодка, спроектированная по рисункам и макетам лодок Древнего Египта и названная «Ра», была построена специалистами с озера Чад (Республика Чад) из камыша, добытого на озере Тана в Эфиопии, и вышла в Атлантический океан с побережья Марокко. По прошествии нескольких недель «Ра» стал сгибаться из-за конструктивных недостатков, погружаться кормой в воду и, в конце концов, разломился на части. Команда была вынуждена оставить судно. На следующий год другая лодка, «Ра-II», была построена мастерами с озера Титикака в Боливии и также из Марокко отправилась в плавание, на этот раз увенчавшееся полным успехом. Лодка достигла Барбадоса, продемонстрировав тем самым, что древние мореплаватели могли совершать трансатлантические переходы под парусом, используя при этом Канарское течение. Несмотря на то что целью плавания «Ра» было всего лишь подтвердить мореходные качества древних судов, построенных из легкого камыша, успех экспедиции «Ра-II» был расценен как свидетельство того, что ещё в доисторические времена египетские мореплаватели, намеренно или случайно, могли совершать путешествия в Новый Свет.
Об этих экспедициях была написана книга «Экспедиции на „Ра"» и создан документальный фильм.
В своей статье «По следам бога Солнца», опубликованной в каирском журнале Egypt Travel Magazine ,Тур Хейердал писал:
«Сходство между ранними цивилизациями Египта и Мексики не ограничивается лишь пирамидами… И в Мексике, и в Египте существовала высокоразвитая система иероглифической письменности… Учёные отмечают сходство фресковой живописи в храмах и усыпальницах, схожие конструкции храмов с искусными мегалитическими колоннадами. Указывается на то, что при сооружении сводов из плит архитекторы по обе стороны Атлантики не знали искусства сооружения настоящей арки. Обращается внимание на существование циклопических по размеру каменных человеческих фигур, на удивительные астрономические познания и высокоразвитую календарную систему в Мексике и Египте. Учёные сопоставляют удивительную по совершенству практику трепанации человеческого черепа, характерную для культур древнего Средиземноморья, Мексики и Перу, а также указывают на схожий египетско-перуанский обычай мумификации. Эти и другие многочисленные свидетельства сходности культур, взятые вместе, могли бы подтвердить теорию о том, что однажды или неоднократно суда с берегов Средиземного моря пересекали Атлантический океан и принесли основы цивилизации аборигенам Мексики».
Помимо основных аспектов экспедиции, Хейердал намеренно подобрал экипаж, в котором собрал представителей разных рас, национальностей, религий и политических убеждений, с тем чтобы продемонстрировать, как на таком маленьком плавучем островке люди могут плодотворно сотрудничать и жить в мире. В 1977 г. Т. Хейердал построил ещё одну тростниковую лодку, «Тигрис», задачей которой было продемонстрировать, что между Месопотамией и Индской цивилизацией в лице современного Пакистана могли существовать торговые и миграционные контакты. «Тигрис» был построен в Ираке и отправился в плавание с международным экипажем на борту через Персидский залив в Пакистан, а оттуда к Красному морю. По прошествии примерно пяти месяцев плавания «Тигрис», сохранявший свои мореходные качества, был сожжён в Джибути 3 апреля 1978 года в знак протеста против войн, разгоревшихся в районе Красного моря и Африканского Рога. В своём открытом письме Генеральному секретарю ООН Курту Вальдхайму Хейердал, в частности, написал:
«Сегодня мы сжигаем наше гордое судёнышко… в знак протеста против проявлений бесчеловечности в мире 1978 года, в который мы возвратились из открытого моря.
В 1983—1984 годах Тур Хейердал обследовал также курганы, найденные на Мальдивских островах в Индийском океане. Там он обнаружил фундаменты и дворы, ориентированные на восток, а также скульптуры бородатых мореплавателей с продолговатыми ушными мочками («длинноухих»). И те и другие археологические находки согласуются с теорией о цивилизации мореходов, происходивших из современной Шри-Ланки, которая заселила Мальдивы и оказала влияние или даже основала древнюю культуру Южной Америки и острова Пасхи. Открытия Хейердала детально изложены в его книге «Мальдивская загадка».
В 1991 году Хейердал исследовал пирамиды Гуимар на острове Тенерифе и объявил, что они не могут быть просто горами булыжников, а действительно являются пирамидами. Он также выступил с мнением об астрономической ориентации пирамид. Хейердал выдвинул теорию, по которой Канарские острова в древности были перевалочным пунктом на пути между Америкой и Средиземноморьем.
О последнем проекте Хейердала рассказывается в его книге «В поисках Одина. По следам нашего прошлого». Хейердалом были начаты раскопки в Азове, городе неподалёку от Азовского моря. Он пытался отыскать следы древней цивилизации Асгарда, соответствующие текстам «Саги об Инглингах», автором которой был Снорри Стурлусон. В этой саге говорится о том, что вождь по имени Один возглавил племя, называемое асами, и повёл его на север, через Саксонию на остров Фюн в Дании, и, наконец, обосновался в Швеции. Там, согласно тексту Снорри Стурлусона, он произвёл такое впечатление на местных жителей своими разнообразными познаниями, что они стали поклоняться ему после его смерти, как богу (см. также «Дом Инглингов», «Мифические короли Швеции»). Хейердал предположил, что история, поведанная в «Саге об Инглингах», основана на реальных фактах.
Этот проект вызвал в Норвегии резкую критику со стороны историков, археологов и лингвистов и был признан псевдонаучным. Хейердал был обвинён в избирательном использовании источников и в полном отсутствии научной методологии в своей работе. В этой книге Хейердал основывает свои доводы на сходстве имён в норвежской мифологии и географических названий черноморского региона, — например, Азов и асы, удины и Один, Тюр и Турция. Филологи и историки отвергают эти параллели как случайные, а также как хронологические ошибки: например, город Азов получил своё имя спустя 1000 лет после того, как там, по утверждению Хейердала, поселились асы, жители Асгарда. Резкая полемика, окружавшая проект «В поисках Одина», во многом была типичной для взаимоотношений Хейердала и академических кругов. Его теории редко получали научное признание, тогда как сам Хейердал отвергал научную критику и сосредоточивался на опубликовании своих теорий в популярной литературе, предназначенной для самых широких масс.
 Хейердал утверждал, что удины, этническое меньшинство в Азербайджане, были предками скандинавов, перекочевавших в Скандинавию в VI—VII вв. нашей эры. В последние два десятилетия своей жизни он несколько раз ездил в Азербайджан и посещал церковь Киш. Его теория относительно Одина была принята как факт евангелической лютеранской церковью Норвегии.
Хейердал являлся активистом зелёной политики. Мировая известность Хейердала послужила причиной его встреч с известными политиками. Он даже выступил с докладом о значении охраны окружающей среды перед последним главой СССР Михаилом Горбачёвым. Хейердал ежегодно участвовал в присуждении Альтернативной Нобелевской премии в качестве члена жюри. В 1999 году соотечественники признали его самым знаменитым норвежцем XX столетия.
В последующие годы Хейердал был занят многими экспедициями и археологическими проектами. Однако он остался наиболее известен своими морскими путешествиями на лодках и особенным вниманием к вопросам культурного диффузионизма.
В 1991 году 77-летний отец пятерых детей Хейердал в третий раз сочетался браком. Его избранницей стала бывшая Мисс Франции 1954 года Жаклин Бир, которая была моложе мужа на 18 лет. Много лет проживавший на итальянской Ривьере, Хейердал перебрался с супругой на Тенерифе.
Экспедиции Хейердала были яркими событиями, а его героические путешествия на хрупких лодках поражали людское воображение. Несмотря на то что большинство его работ вызывали полемику в научных кругах, Хейердал, бесспорно, поднял общественный интерес к древней истории и достижениям различных культур и народов во всём мире. Он также показал, что дальние путешествия через океан были технически возможными для человека эпохи неолита. По сути дела, он был великим практиком экспериментальной археологии. Книги Хейердала служили источником вдохновения для нескольких поколений читателей. Он вводил читателей всех возрастов в мир археологии и этнографии, делая их привлекательными через свои красочные путешествия. Этот норвежский искатель приключений часто ломал рамки обыденного сознания. «Границы? — спрашивал он. — Никогда их не видел, но слышал, что они существуют в умах большинства людей».
В 2006 году путь «Кон-Тики» повторил экипаж из 6 человек, в составе которого был внук Хейердала Улав Хейердал. Экспедиция называлась «Тангароа» и была организована в память Тура Хейердала с целью проведения наблюдений за состоянием окружающей среды в Тихом океане. 
Многие теории Тура Хейердала, особенно теория о заселении Полинезии, подвергались критике. Так, Эрик де Бишоп считал, что имел место лишь культурный обмен между полинезийцами и населением Южной Америки, так как морская техника полинезийцев превосходит технику других народов, что сам доказал плаванием на «Каимилоа».
Милослав Стингл называл «легенду о гениальных блондинах» очень похожей на «теории, не так давно поставившие человечество на грань катастрофы».
Категория: "Наши умные мысли" | Просмотров: 847 | Добавил: Мария | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]