Главная » 2013 » Март » 6 » 15 января родился О́сип Мандельшта́м
13:59
15 января родился О́сип Мандельшта́м
15 января родился Осип Эмильевич Мандельшта́м (имя при рождении — Иосиф; 3(15) января 1891, Варшава — 27 декабря 1938,
лагерный пункт Вторая речка во Владивостоке) — русский поэт, прозаик, эссеист, переводчик и литературный критик, один из крупнейших русских поэтов XX века.
                     
Из поэзии Осипа Мандельштама:
 
Только детские книги читать,
Только детские думы лелеять,
Все большое далеко развеять,
Из глубокой печали восстать.
 
Я от жизни смертельно устал,
Ничего от нее не приемлю,
Но люблю мою бедную землю
Оттого, что иной не видал.
 
Я качался в далеком саду
На простой деревянной качели,
И высокие темные ели
Вспоминаю в туманном бреду.
1908
 
В морозном воздухе растаял легкий дым,
И я, печальною свободою томим,
Хотел бы вознестись в холодном, тихом гимне,
Исчезнуть навсегда, но суждено идти мне
 
По снежной улице, в вечерний этот час
Собачий слышен лай и запад не погас,
И попадаются прохожие навстречу.
Не говори со мной! Что я тебе отвечу?
1909
 
**
Медлительнее снежный улей,
Прозрачнее окна хрусталь
И бирюзовая вуаль
Небрежно брошена на стуле.
 
Ткань, опьяненная собой,
Изнеженная лаской света,
Она испытывает лето,
Как бы не тронута зимой.
 
И если в ледяных алмазах
Струится вечности мороз,
Здесь трепетание стрекоз
Быстроживущих, синеглазых…
1910
 
**
Ты прошла сквозь облако тумана.
На ланитах нежные румяна.
 
Светит день холодный и недужный.
Я брожу свободный и ненужный...
 
Злая осень ворожит над нами,
Угрожает спелыми плодами,
 
Говорит вершинами с вершиной
И в глаза целует паутиной.
 
Как застыл тревожной жизни танец!
Как на всем играет твой румянец!
 
Как сквозит и в облаке тумана
Ярких дней сияющая рана!
4 августа 1911
 
**
С веселым ржанием пасутся табуны,
И римской ржавчиной окрасилась долина;
Сухое золото классической весны
Уносит времени прозрачная стремнина.
 
Топча по осени дубовые листы,
Что густо стелются пустынною тропинкой,
Я вспомню Цезаря прекрасные черты —
Сей профиль женственный с коварною горбинкой!
 
Здесь, Капитолия и Форума вдали,
Средь увядания спокойного природы,
Я слышу Августа и на краю земли
Державным яблоком катящиеся годы.
 
Да будет в старости печаль моя светла.
Я в Риме родился, и он ко мне вернулся;
Мне осень добрая волчицею была
И - месяц Цезаря — мне август улыбнулся.
1915
 
**
Бессонница. Гомер. Тугие паруса.
Я список кораблей прочел до середины:
Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный,
Что над Элладою когда-то поднялся.
 
Как журавлиный клин в чужие рубежи,-
На головах царей божественная пена,-
Куда плывете вы? Когда бы не Елена,
Что Троя вам одна, ахейские мужи?
 
И море, и Гомер - всё движется любовью.
Кого же слушать мне? И вот Гомер молчит,
И море черное, витийствуя, шумит
И с тяжким грохотом подходит к изголовью.
1915
 
**
В тот вечер не гудел стрельчатый лес органа,
Нам пели Шуберта — родная колыбель.
Шумела мельница, и в песнях урагана
Смеялся музыки голубоглазый хмель.
 
Старинной песни мир — коричневый, зеленый,
Но только вечно молодой,
Где соловьиных лип рокочущие кроны
С безумной яростью качает царь лесной.
 
И сила страшная ночного возвращенья —
Та песня дикая, как черное вино:
Это двойник, пустое привиденье,
Бессмысленно глядит в холодное окно!
1917
 
**
Природа - тот же Рим и отразилась в нем.
Мы видим образы его гражданской мощи
В прозрачном воздухе, как в цирке голубом,
На форуме полей и в колоннаде рощи.
 
Природа - тот же Рим, и, кажется, опять
Нам незачем богов напрасно беспокоить,-
Есть внутренности жертв, чтоб о войне гадать,
Рабы, чтобы молчать, и камни, чтобы строить!
1917
 
Сестры тяжесть и нежность, одинаковы ваши приметы.
Медуницы и осы тяжелую розу сосут.
Человек умирает. Песок остывает согретый,
И вчерашнее солнце на черных носилках несут.
 
Ах, тяжелые соты и нежные сети,
Легче камень поднять, чем имя твое повторить!
У меня остается одна забота на свете:
Золотая забота, как времени бремя избыть.
 
Словно темную воду, я пью помутившийся воздух.
Время вспахано плугом, и роза землею была.
В медленном водовороте тяжелые нежные розы,
Розы тяжесть и нежность в двойные венки заплела!
Март 1920
 
**
Умывался ночью на дворе,-
Твердь сияла грубыми звездами.
Звездный луч - как соль на топоре,
Стынет бочка с полными краями.
 
На замок закрыты ворота,
И земля по совести сурова,-
Чище правды свежего холста
Вряд ли где отыщется основа.
 
Тает в бочке, словно соль, звезда,
И вода студеная чернее,
Чище смерть, соленее беда,
И земля правдивей и страшнее.
1921
 
Ленинград
 
Я вернулся в мой город, знакомый до слёз,
До прожилок, до детских припухлых желёз.
 
Ты вернулся сюда, так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских речных фонарей,
 
Узнавай же скорее декабрьский денёк,
Где к зловещему дёгтю подмешан желток.
 
Петербург! Я ещё не хочу умирать!
У тебя телефонов моих номера.
 
Петербург! У меня ещё есть адреса,
По которым найду мертвецов голоса́.
 
Я на лестнице чёрной живу, и в висок
Ударяет мне вырванный с мясом звонок,
 
И всю ночь напролёт жду гостей дорогих,
Шевеля кандалами цепочек дверных.
декабрь 1930
 
Воздух пасмурный влажен и гулок;
Хорошо и не страшно в лесу.
Легкий крест одиноких прогулок
Я покорно опять понесу.
 
И опять к равнодушной отчизне
Дикой уткой взовьется упрек,--
Я участвую в сумрачной жизни,
Где один к одному одинок!
 
Выстрел грянул. Над озером сонным
Крылья уток теперь тяжелы.
И двойным бытием отраженным
Одурманены сосен стволы.
 
Небо тусклое с отсветом странным -
Мировая туманная боль.
О, позволь мне быть также туманным
И тебя не любить мне позволь.
1911, 28 августа 1935
 
Цитаты из прозаических произведений и О.Э.Мандельштама и воспоминаний о нем:
 
Рояль — это умный и добрый комнатный зверь с волокнистым деревянным мясом, золотыми жилами и всегда воспаленной костью. Мы берегли его от простуды, кормили легкими, как спаржа, сонатинами...
 
- Зачем пишется юмористика? - искренне недоумевает Мандельштам. - Ведь и так все смешно.
 
Были времена, когда мы были настолько неразлучны, что у нас имелась, должно быть, единственная в мире, - визитная карточка: "Георгий Иванов и О. Мандельштам". Конечно, заказать такую карточку пришло в голову Мандельштаму, и, конечно, одному ему и могло прийти это в голову.
(Из воспоминаний Георгия Иванова )
 
Чего ты жалуешься, поэзию уважают только у нас — за неё убивают. Ведь больше нигде за поэзию не убивают... (Н. Я. Мандельштам «Воспоминания»)
 
Обыкновенно человек, когда имеет что-нибудь сказать, идет к людям, ищет слушателей; — поэт же наоборот, — бежит «на берега пустынных волн, в широкошумные дубровы». Ненормальность очевидна...
 
Мальчики девятьсот пятого года шли в революцию с тем же чувством, с каким Николенька Ростов шел в гусары: то был вопрос влюбленности и чести. И тем и другим казалось невозможным жить несогретыми славой своего века, и те и другие считали невозможным дышать без доблести. «Война и мир» продолжалась, только слава переехала. Ведь не с семеновским же полковником Мином и не с свитскими же генералами в лакированных сапогах бутылками была слава! Слава была в ц.к., слава была в б.о., и подвиг начинался с пропагандистского искуса.
 
Разговоры Н.Я. Мандельштам
- Иногда мне казалось, что жить уже больше нельзя, что невыносимо... А Ося вдруг говорил: "Почему ты думаешь, что ты должна быть счастлива?" Это удивительно помогало, и до сих пор помогает.( Из книги Лидии Гинзбург  «Человек за письменным столом»)
 
Биография
Осип Мандельштам родился 3 января (15 января по новому стилю) 1891 года в Варшаве в еврейской семье. Отец, Эмилий Вениаминович (Эмиль, Хаскл, Хацкель Бениаминович) Мандельштам (1856—1938), был мастером перчаточного дела, состоял в купцах первой гильдии, что давало ему право жить вне черты оседлости, несмотря на еврейское происхождение. Мать, Флора Овсеевна Вербловская (1866—1916), была музыканткой.
В 1897 году семья Мандельштамов переехала в Петербург. Осип получил образование в Тенишевском училище (с 1900 по 1907 годы), российской кузнице «культурных кадров» начала ХХ века.
В 1908—1910 годы Мандельштам учится в Сорбонне и в Гейдельбергском университете. В Сорбонне посещает лекции А. Бергсона и Ж. Бедье в College de France. Знакомится с Николаем Гумилёвым, увлечён французской поэзией: старофранцузским эпосом, Франсуа Вийоном, Бодлером и Верленом.
В промежутках между зарубежными поездками бывает в Петербурге, где посещает лекции по стихосложению на «башне» у Вячеслава Иванова.
К 1911 году семья начала разоряться и обучение в Европе сделалось невозможным.
Для того, чтобы обойти квоту на иудеев при поступлении в Петербургский университет, Мандельштам крестится у методистского пастора. 10 сентября того же 1911 года он зачислен на романо-германское отделение историко-филологического факультета Петербургского университета, где обучается с перерывами до 1917 года. Учится безалаберно, курса так и не кончает.
В 1911 году знакомится с Анной Ахматовой, бывает в гостях у четы Гумилёвых.
Первая публикация — журнал «Аполлон», 1910 г.. Печатался также в журналах «Гиперборей», «Новый Сатирикон» и др.
В 1912 году знакомится с А. Блоком. В конце того же года входит в группу акмеистов, регулярно посещает заседания Цеха поэтов.
Дружбу с акмеистами (Анной Ахматовой и Николаем Гумилёвым) считал одной из главных удач своей жизни.
Поэтические поиски этого периода отразила дебютная книга стихов «Камень» (три издания: 1913, 1916 и 1922, содержание менялось). Находится в центре поэтической жизни, регулярно публично читает стихи, бывает в «Бродячей собаке», знакомится с футуризмом, сближается с Бенедиктом Лившицем.
В 1915 году знакомится с Анастасией и Мариной Цветаевыми.
После Октябрьской революции работает в газетах, в Наркомпросе, ездит по стране, публикуется в газетах же, выступает со стихами, обретает успех. В 1919 году в Киеве знакомится с будущей женой, Надеждой Яковлевной Хазиной.
Стихи времени Первой мировой войны и революции (1916—1920) составили вторую книгу «Tristia» («Скорбные элегии», заглавие восходит к Овидию), вышедшую в 1922 году в Берлине. В 1922 же году регистрирует брак с Надеждой Яковлевной Хазиной.
В 1923 выходит «Вторая книга» и с общим посвящением «Н. Х.» — жене.
В гражданскую войну скитается с женой по России, Украине, Грузии; бывал арестован.
С мая 1925 по октябрь 1930 годов наступает пауза в поэтическом творчестве. В это время пишет прозу - в 1923 «Шуму времени»  , в 1927 повесть «Египетская марка» (1927).
На жизнь зарабатывает стихотворными переводами.
В 1928 году печатается последний прижизненный поэтический сборник «Стихотворения», а также книга его избранных статей «О поэзии».
В 1930 году заканчивает работу над «Четвёртой прозой». Н. Бухарин хлопочет о командировке Мандельштама в Армению. После путешествия на Кавказ (Армения, Сухум, Тифлис) Осип Мандельштам возвращается к написанию стихов.
Поэтический дар Мандельштама достигает расцвета, однако он почти нигде не печатается. Заступничество Б. Пастернака и Н. Бухарина дарит поэту небольшие житейские передышки.
Самостоятельно изучает итальянский язык, читает в подлиннике «Божественную комедию». Программное поэтологическое эссе «Разговор о Данте» пишется в 1933 году.
В «Литературной газете», «Правде», «Звезде» выходят разгромные статьи в связи с публикацией мандельштамовского «Путешествия в Армению»
В ноябре 1933 года Осип Мандельштам пишет антисталинскую эпиграмму «Мы живём, под собою не чуя страны…»,которую читает полутора десяткам человек.
 
Мы живем, под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца,
Там припомнят кремлёвского горца.
Его толстые пальцы, как черви, жирны,
А слова, как пудовые гири, верны,
Тараканьи смеются усища,
И сияют его голенища.
 
А вокруг него сброд тонкошеих вождей,
Он играет услугами полулюдей.
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет,
Он один лишь бабачит и тычет,
Как подкову, кует за указом указ:
 
Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз.
Что ни казнь у него - то малина
И широкая грудь осетина.
 
Б. Пастернак этот поступок называл самоубийством.
Кто-то из слушателей доносит на Мандельштама.
В ночь с 13 на 14 мая 1934 года Мандельштама арестовывают и отправляют в ссылку в Чердынь (Пермский край). Осипа Мандельштама сопровождает жена, Надежда Яковлевна.
В Чердыни О. Э. Мандельштам совершает попытку самоубийства (выбрасывается из окна). Надежда Яковлевна Мандельштам пишет во все советские инстанции и ко всем знакомым. При содействии Николая Бухарина Мандельштаму разрешают самостоятельно выбрать место для поселения. Мандельштамы выбирают Воронеж.
Живут в нищете, изредка им помогают деньгами немногие неотступившиеся друзья. Время от времени О. Э. Мандельштам подрабатывает в местной газете, в театре. В гостях у них бывают близкие люди, мать Надежды Яковлевны, артист В. Н. Яхонтов, Анна Ахматова. Воронежский цикл стихотворений Мандельштама (т. н. «Воронежские тетради») считается вершиной его поэтического творчества.
В мае 1937 года заканчивается срок ссылки и поэт неожиданно получает разрешение выехать из Воронежа. Они с женой возвращаются ненадолго в Москву.
В заявлении секретаря Союза писателей СССР В. Ставского 1938 года на имя наркома внутренних дел Н. И. Ежова предлагалось «решить вопрос о Мандельштаме», его стихи названы «похабными и клеветническими». Иосиф Прут и Валентин Катаев были названы в письме как «выступавшие остро» в защиту Осипа Мандельштама.
В ночь с 1 на 2 мая 1938 года Осип Эмильевич был арестован вторично . После чего был по этапу отправлен в лагерь на Дальний Восток.
Осип Мандельштам скончался 27 декабря 1938 года от тифа в пересыльном лагере Владперпункт (Владивосток). Тело Мандельштама «до весны вместе с другими усопшими лежало непогребенным. Затем весь «зимний штабель» был захоронен в братской могиле.
Реабилитирован посмертно. Местонахождение могилы поэта до сих пор неизвестно.
Исключительную роль в сохранении поэтического наследия О. Э. Мандельштама 30-х годов сыграл жизненный подвиг его жены, Надежды Яковлевны Мандельштам, и людей, ей помогавших (в частности, воронежской подруги Мандельштамов — Штемпель Н. Е.). Рукописи хранились в ботиках Надежды Яковлевны и в кастрюлях.
В своём завещании Н. Я. Мандельштам фактически отказывает Советской России в каком-либо праве на публикацию стихов Мандельштама, и этот отказ звучит как проклятие советскому государству. В кругу Анны Ахматовой в 70-е годы XX века будущего лауреата Нобелевской премии по литературе И. Бродского зовут «младшим Осей».
До начала перестройки воронежские стихи Мандельштама 30-х годов в СССР не издавались, но ходили в списках и перепечатках, как в XIX веке, или в самиздате.
Мировая слава приходит к поэзии О. Мандельштама до и независимо от публикации его стихов в Советской России.
Набоков В. В. называет Мандельштама единственным поэтом Сталинской России.
1 февраля 1992 года, в Париже, на здании Сорбонны, укрепили мемориальную доску в честь 100-летия Осипа Мандельштама.
Памятники Осипу Эмильевичу Мандельштаму открыты во Владивостоке, Воронеже, Петербурге, Москве.
25 мая 2010 года в Санкт-Петербурге (во дворе здания Двенадцати коллегий СПбГУ) был открыт памятник Осипу и Надежде Мандельштам.
В 2011 году, открылся первый музей О.Э.Мандельштама — в городе Фрязино Московской области.
Прикрепления: Картинка 1 · Картинка 2
Категория: "Наши умные мысли" | Просмотров: 605 | Добавил: Мария | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]