Главная » 2012 » Сентябрь » 13 » 10 сентября родился Влади́мир Кла́вдиевич Арсе́ньев
18:26
10 сентября родился Влади́мир Кла́вдиевич Арсе́ньев
10 сентября родился Влади́мир Кла́вдиевич Арсе́ньев (10 сентября 1872, Санкт-Петербург — 4 сентября 1930, Владивосток) — русский путешественник, географ, этнограф, писатель, исследователь Дальнего Востока,автор знаменитой книги «Дерсу Узала» (1923).
 
Цитаты из произведений Арсеньева:
 
Меня поразило, что Дерсу кабанов называет "людьми". Я спросил его об этом.
 - Его все равно люди, - подтвердил он, - только рубашка другой.
 
Слушая старика, я невольно подумал о том, что, возможно, первобытные люди стояли к животным ближе, чем теперешние туземцы. Между ними и дикими зверями было больше общений и, быть может, и больше взаимного понимания, чем теперь. Охотники целыми днями наблюдали за животными, изучали их нравы и повадки, знали, как подойти к ним и как их приручить. Лошади, собаки, рогатый скот и все вообще домашние животные приручены первобытным человеком. Горожане ушли от природы и навсегда утратили общение с четвероногими, но иногда и среди них встречаются отдельные личности, у которых как атавизм сохранилась способность влияния на животных. Обычно это свойственно лучшим дрессировщикам.
 
Увидев жука, Мулинка вдруг сорвался с места и принялся ловить его с таким видом, как будто он представлял собой большую ценность. Зная, что туземцы довольно равнодушны к насекомым, я очень удивился, почему Мулинка ловит его так старательно, и стал ему помогать. Общими стараниями мы поймали жука. Это оказалась бронзовка золотисто зеленого цвета с белесоватыми черточками на задних частях надкрылий.
 Получив насекомое, Мулинка тотчас посадил его в коробку из под спичек и спрятал за пазуху. При этом объяснил, что бронзовка есть душа сохатого, который сейчас где нибудь спит. Проснувшись, лось отправится искать свою душу и сам придет к нам на бивак. Каждый охотник знает это, старается поймать бронзовку и носит ее с собой до тех пор, пока не встретит лося, что обычно случается на второй или на третий день.
 
В этот год на Анюе было много тигров, которые вели себя крайне дерзко и подходили близко к человеческим жилищам. Недели за две до нашего прихода один зверь проявил удивительную назойливость. Чуть ли не ежедневно он навещал удэхейцев и часто среди белого дня. Удэхейцы сначала убеждали его оставить их в покое, потом грозили ему копьями и огнестрельным оружием, шаманили по ночам и просили Буйнь Ацзани (хозяина зверей) отозвать «свою собаку» обратно. Ничего не помогало. Тигр ходил по другому берегу реки, ложился на льду против юрты, зевал и пугал людей. Тогда удэхейцы поняли, что страшный зверь самовольно ушел от своего хозяина, что он не подчиняется ему и потому убой его не ляжет тяжким грехом на них.
 
На этом биваке произошел курьезный случай. Вечером после ужина один из удэхейцев стал раздеваться, чтобы посмотреть, почему у него зудит плечо. Когда он снял нижнюю рубашку, я увидел на груди у него медный крест и спросил:
 — Что это такое?
 Удэхеец спокойно ответил:
 — Лоца чиктама севохини (т. е. русский медный «севохи»).
 Дух, помогающий человеку, — «севон», изображение его называется «севохи», причем этот «севохи» бывает и медный, и железный, и деревянный. Шаманы на основании снов делают «севохи» в виде человечков, фантастических зверей, рыб, птиц, насекомых, иногда тех и других вместе в разных позах, в разных комбинациях, причем такая фигурка нашивается под одежду к больному месту: на живот, на грудь, на плечо. Их возят с собой на охоту; «севохи» крупных размеров держат в юртах, им мажут губы кровью и салом убитых животных и т. д.
 — Кто тебе его дал? — спросил я удэхейца.
 — Лоца самани (т. е. русский шаман).
 После этого он сам стал меня спрашивать о том, почему у них, удэхейцев, много есть разных «севохи», а у нас, русских, только один, почему всегда он изображает человека с раскрытыми руками, почему его носят на груди. В заключение он выразил свое неудовольствие по адресу какого-то Фоки, который привез ему «лоца севохини», но не сказал, зачем его надо носить. Если для удачной охоты, то на какого зверя, а если против болезни, то какой именно.
 Забавным мне показалось столь естественное недоумение удэхейца, которого, по-видимому, сначала где-то окрестили, потом с каким-то Фокой послали крест с приказанием носить на груди.
 
Биография
Родился в Санкт-Петербурге в большой семье железнодорожного служащего (в семье Арсеньевых было девять своих детей и десятая приёмная сирота-родственница).
Дед Гоппмайер Фёдор (Теодор) Иванович (1826—1866) родился в Германии, умер и погребён в Твери. Был управляющим в имении генерала Н. И. Ладыгина Алексейково. Бабка Аграфёна Филипповна (ок. 1826—1910) — дворовая девка генерала Ладыгина, из крепостных крестьян селения Алексейково; с 1856 года стала тверской мещанкой. В их браке (бракосочетание в 1856 году) был внебрачный сын Клавдий. Клавдий Фёдорович (11.03.1848 — 25.11.1918) родился в Алексейкове, крещён в церкви села Н. Самороково Весьегонского уезда Тверской губернии; по беспечности кровного отца не был усыновлён, поэтому фамилия ему дана по имени крёстного отца Арсения Тимофеевича и до конца жизни он остался Арсеньевым. Убит вооружёнными грабителями (ими оказались жители села Батурина,решили «грабить награбленное»,двое были пойманы и расстреляны белыми) в ночь с 24 на 25 ноября 1918 года на хуторе Дубовщина около села Батурина Черниговской губернии, где с 1913 года, вышедший в отставку, жил с семьёй.
В 1892 году В. К. Арсеньев поступил в Петербургское юнкерское пехотное училище. Одним из преподавателей училища был брат известного путешественника Г. Е. Грум-Гржимайло, который смог заинтересовать Володю Арсеньева географическими исследованиями, обратив его внимание на Дальний Восток.
После окончания учёбы в 1895 году Арсеньев получил назначение в Польшу. В 1900 году по личной просьбе он был переведен во Владивосток.
C 1900 года В. К. Арсеньев состоял членом Общества любителей охоты, с 1903 года — действительным членом Общества изучения Амурского края.
Первые свои экспедиции (1902—1907) Арсеньев совершил в качестве военного топографа. В его задачу входило проведение маршрутной съёмки, но он попутно собирал и научные материалы о рельефе, геологии, флоре и фауне Южного Приморья и Сихотэ-Алиня, о народах, населявших эти места. В 1906 году Арсеньев исследовал Зауссурийский край к северу от залива Святой Ольги в системе истоков реки Уссури, причём Сихотэ-Алинь был пройден 9 раз. В 1907 году работы 1906 года были продолжены (исследован бассейн реки Бикина и побережье, Сихотэ-Алинь был пройден 4 раза).
В 1908—1910 годах Арсеньев при поддержке Русского географического общества осуществил исследования Северного Приморья: северная часть Уссурийского края от побережья Татарского залива до Амура и низовья Уссури; Сихотэ-Алинь был пройден 7 раз. В экспедициях Арсеньева этих лет принимали участие ботаники Н. А. Десулави и Н. А. Пальчевский; ботанические сборы их и Арсеньева были переданы для обработки Д. И. Литвинову и И. В. Палибину. Обобщённый материал, полученный в ходе этих экспедиций Арсеньева, — «Краткий военно-географический и военно-статистический очерк Уссурийского края», был издан в двух томах в 1911—1912 годах.
Результатом этих экспедиций явились богатые содержанием многочисленные труды, написанные литературным языком, много раз переиздававшиеся: «По Уссурийскому краю» (1921), «Дерсу Узала» (1923). Впоследствии обе книги были выпущены в одном томе под названием «В дебрях Уссурийского края» (1926) и выдержали несколько изданий. Эти книги вышли и на иностранных языках.
В 1909 году В. К. Арсеньева избрали действительным членом Императорского Русского географического общества (ИРГО).
В 1917 году Арсеньев совершил экспедицию в хребты Быгин-Быгинен и Ян-де-Янге. С 1918 по 1926 год Арсеньев ездил на Камчатку (долина реки Камчатки, в 1923 году подымался на Авачинскую сопку) и в Гижигинской уезд (1922), а в 1927 году совершил большую экспедицию по маршруту Советская Гавань — Хабаровск, описанную в книге «Сквозь тайгу» (1930).
С приходом большевиков к власти Арсеньева постоянно допрашивали чекисты. Его подозревали в шпионаже. Арсеньева оклеветал некий Липский, который для этого сначала втёрся к нему в доверие. После этого Владимир Клавдиевич даже подумывал о побеге в Китай: 
Моё желание — закончить обработку своих научных трудов и уйти, уйти подальше, уйти совсем — к Дерсу! 
Однако 7 января 1930 год он подписал договор с правлением Уссурийской железной дороги, принял на себя обязанности начальника бюро экономических изысканий новых железнодорожных магистралей и стал начальником одновременно четырёх экспедиций, направлявшихся в районы предполагаемых железнодорожных линий.
19 июля 1930 года он выехал из Владивостока в низовья Амура для инспектирования экспедиционных отрядов (органы государственной безопасности позже записали: «Отправился формировать шпионскую сеть»). В этой поездке Владимир Клавдиевич слегка простыл. 26 августа он вернулся домой. Его болезненное состояние не укрылось от близких, но он отказался сходить к врачу и принялся за отчёт о командировке. Ночь с 3 на 4 сентября была для него последней. Он не смог уснуть, метался в бреду, просил усадить в кресле. Врач, вызванный за два часа до смерти Владимира Клавдиевича, нашёл его состояние не внушающим опасения. 4 сентября Арсеньев умер от воспаления лёгких.
Похоронен на военном кладбище на полуострове Эгершельда (Владивосток). В связи с ликвидацией военного кладбища был перезахоронен на Морском кладбище Владивостока.
Во время сталинских репрессий многие единомышленники В. К. Арсеньева были арестованы. Такая же участь постигла вдову путешественника Маргариту Николаевну Арсеньеву. Её под давлением заставили признаться в клевете. 11 февраля 1935 года открылось заседание Военного трибунала Особой Краснознамённой Дальневосточной армии, М. Н. Арсеньеву спросили о секретном докладе: «Да, мой муж действительно писал доклад о Японской агрессии на ДВК, — подтвердила она, — и передал его бывшему председателю крайисполкома Крутову. Кажется, он посылал его и в Москву. После смерти Владимира Клавдиевича уполномоченный НКИД Гейсман просил, чтобы я поискала в архивах мужа, нет ли там черновика или каких-нибудь экземпляров этого доклада. Его надо было сдать, так как он секретный».
По иронии судьбы покойного В. К. Арсеньева посчитали главой японской разведки в России. Его архивы пропали, в том числе бесценная рукопись «Страна удеге», которую он писал всю жизнь. Его подозревали в сговоре с китайцами и японцами, хотя он по заданию тех же чекистов написал книгу-исследование «Китайцы в Уссурийском крае».
Маргарита Арсеньева расстреляна 21 августа 1938.
Научный вклад
География: дал описание рельефа Приморья и впервые детально обследовал горную систему Сихотэ-Алиня.
Этнография: рассказы о быте и нравах коренного населения Дальнего Востока.
Гидрография: нашёл неизвестные истоки самых крупных рек Приморья и получил первые сведения об их глубинах, режимах течения.
Также изучал зверей, птиц, рыб и растения Приморья. Доказал, что нанайцы, удэгейцы, орочи — потомки древнего и исконного населения Дальнего Востока и Сибири.
«Дерсу Узала» впервые экранизировал Агасий Бабаян в 1961 г.
 Спустя 14 лет Акира Куросава снял по мотивам этого произведения Арсеньева одноимённый фильм, который принёс японскому режиссёру премию «Оскар».
Именем Арсеньева назван город на Дальнем Востоке, ледник на северном склоне Авачинской сопки.
В Приморском крае в память об Арсеньеве названа река Арсеньевка (бывшая Даубихе)
Дом Владимира Арсеньева во Владивостоке сейчас является музеем, открытым для публичного посещения.

 

 

Категория: "Наши умные мысли" | Просмотров: 358 | Добавил: Мария | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]